Так нам, находящимся на испытательных стендах АПЛ в эстонском Палдиски, было предложено провести один субботний, прекрасный осенний день. Израиль Ефимович был среди нас самым старшим, уважаемым и товарищем, и специалистом. С 1944г , он, как сам говорил "успел застать фронт". Его просьба была всеми дружно поддержана и мы, в это солнечное утро, где-то в начале 80-ых, вчетвером (ещё Адик Якобсон из ЦНИИ "Аврора", Женька Логинов из нашего "Рубина") погрузились в мой новенький "Зопорожец" и, предвкушая животное счастье от предстоящего пожирания жирненького, жаренного эскалопчика на косточке, после стопки "Вано Таллин" (это они) и пива (это уже и мне), любуясь чистой и прзрачной природой Эстонии, пустились через равнины и леса к Таллину.
Проехав часок, я остановил машину около бензозаправки. Все вышли покурить, размяться и... тут мы невольно обратили внимание на стрелку-указатель, определявшей направление к какому-то "Мемориалу в Клооге". "Мужики!- обратился я - До Таллина недалеко, обедать ещё рано, пройдёмся, посмотрим, что за мемориал?" Единодушно все согласились и мы шагнули на ухоженную дорожку, вьющуюся по границе вдоль леса справа и лугами слева. Настроение замечательное, прогулочными шажками бездельников, плывём по широкой утрамбованной тропе, темпераментно спорим об испытаниях на стенде ( а где ещё мужики говорят о работе, как не на отдыхе) и невольно останавливаемся полюбоваться природой, по-ахать и по-охать, обращая внимание друг друга, на тот или иной вид, с природными пейзажами из букетов деревьев с разноцветной листвой, клумбами кустарников, игрой света и теней на лугах. Не нам ли, ленинградцам, не избалованным солнечными днями, выросших на пейзажах Прибалтика и Карелии не восторгаться прекрасной погодой, мягкостью осеннего солнца, голубизной неба, разнообразию цветовой палитры деревьев, лёгким парком над землёй, изгибами дорожек, сочетанием лугов, полей и парелесков замкнутых плотной полоской леса по горизонту.
Так незаметно протопав около километра, а может больше, приблизились к выпирающему на большой луг леска, как полуостров в озеро. И стрелка указала, что нам как раз необходимо зайти во внутрь леска. Мы и вошли.
Чёрт побери! Как всё резко изменилось!
Деревья, соединившись кронами наверху, образовали тёмный, сыроватый шатёр над большим из серого камня прямоугольником, метра два высотой, запущенного, обросшего травой, выбивавшейся между каменными блоками наверху и со всех сторон. На покосившемся столбе, железная доска с надписью поведала нам, что на этом месте похоронены более 2000 советских людей, уничтоженных в 1941-42гг. Мы притихли и только Израиль Ефимович с кривой ухмылкой бурчал:"-советских, угу, советских..." Мы прдолжали стоять, не зная и не желая что-либо говорить. Наконец Женька Логинов, самый младший из нас, произнёс:
- Судя по всему здесь истребляли евреев.
- Само собой - отозвался Адик.
Мы все, и русский Женька, и остальные евреи одновременно поняли, что и с кем здесь происходило 40 лет назад. Оставалось только молчать. Ещё постояв в этой мгле, мы повернули на выход к свету и опять оказались на солнце и по той же тропе двинулись назад. Но как всё изменилось! Я не выдержал молчания:
-Подумать только! Сорок лет назад, очевидно в такие же чудесные дни, по этим же лугам тащились группы из баб, стариков и детей, в окружении автоматчиков, чтобы быть раздетыми, построенными около, например, вон того дерева, или тех кустов, около вырытых ям, в которые и падали, прошитые очередями из автоматов, висевших на плечах здоровых, с засученными рукавами гимнастёрок, улыбающихся, весёлых, сильных парней.
-А я себя представил среди этих раздетых и не могу воспринять. Как это так? За что? Вокруг так хорошо, так красиво. Жизнь! Неужели сейчас всё это исчезнет? Исчезнет просто так, почему-то! - распереживался Женька
-Ну, тебя-то эта участь не касалась - заметил Адька.
-Не говори херню! - тихо и резко отрубил Женька. Настроение было подавленное.
-Наверное если бы был дождь, то на нас не подействовало это место столь сильно. А так : чудесное утро и - массовые убийства.
-Погибать в любую погоду страшно и не хочется - сквозь зубы произнёс Израиль Ефимович.
-Вы знаете, у Дюрера есть картина. Там изображён изумительный, пляжный берег речки, райский уголок, ограниченный высоким обрывом холма. И на этом пляже происходит истребление христиан османами самыми разными, средневековыми, изуверскими способами. Вот очередь где отрубают головы, вот очередь, где разбивают черепа кокой-то колотушкой, вот очередь на верху холма откуда сбрасывают людей на этот пляжик и так далее. Я ещё подумал, что художник искусственно усилил ужас истребления красотой пейзажа, а на самом деле массовые убийства производят где-то в суровой обстановке. А сейчас... . Но это было лет 400 назад - провёл я эту невольную параллель.
-Да, а здесь недавно и не средневековыми турками, а народом, который "пуп Земли", центр европейской цивилизации - немцами. Что же ждать сейчас от других народов? - заключил Израиль Ефимович. Никто не ответил. Мы молчали.
Фото: 1- лес в районе Клооги;
2- эстонский ландшафт;
3- монумент в память жервам истребления в Клооге. Национальность истреблённых сейчас не вызывает сомнения. Этот монумент установлен в Клооге недавно, очевидно рядом. Фотографию описываемого мною места я не нашёл и не знаю как оно выглядит сейчас.
0 коммент.:
Отправить комментарий